118 
Он выгнул бровь и, изобразив на лице глубокую снисходительность, произнес:
— «Качество важнее количества». К этому выводу я пришел давно. Я думал о десяти качествах, за которые я тебя люблю.
У нее перехватило дыхание.
— Во-первых, — начал он, — твоя улыбка, лучше которой, во-вторых, только твой смех, берущий начало в— третьих, в абсолютной искренности и щедрости твоего сердца.
Аннабел нервно глотнула. Слезы набежали ей на глаза и наверняка скоро поползут по щекам.
— В-четвертых, — продолжал он, — ты отлично умеешь хранить секреты, и, в-пятых, ты научилась не делать предложений касательно моей писательской карьеры.
— Нет, почему же? — запротестовала она сквозь слезы. — «Мисс Форсби и швейцар» будет звучать изумительно.
— Это низвергнет меня в пылающую бездну разорения.
— Но…
— Ты обратила внимание, что в списке твоих достоинств ничего не говорится о привычке не перебивать меня? — Он откашлялся. — В-шестых, ты наградила меня тремя замечательными талантливыми детишками, и, в-седьмых, ты потрясающая мать. Я, с другой стороны, полный эгоист, и потому, в-восьмых, это все о том, как горячо ты меня любишь, — он наклонился вперед и поиграл бровями, — во всех смыслах и всеми способами.
— Себастьян!
— Вообще-то я, пожалуй, сделаю это пунктом девятым. — Он наградил ее особенно жаркой улыбкой. — Считаю, что это заслуживает отдельного номера.
Она мило покраснела. Поверить трудно, но он умел вогнать ее в краску даже после четырех лет супружества.
— В-десятых, — не унимался он, вставая на ноги и направляясь к ней. Он опустился перед ней на колени и, взяв ее руки в свои, нежно по очереди поцеловал, — ты — это просто ты. Ты самая удивительная, умная, добрая, забавно обожающая состязания женщина, которую я когда-либо встречал. И ты, несомненно, можешь обогнать индюка.
Она смотрела на него во все глаза, не обращая внимания на непросохшие слезы, на то, что глаза ее наверняка покраснели и ей был позарез нужен носовой платок… Она любила его. Только это имело значение.
— Думаю, что пунктов получилось больше десяти, — прошептала она.
— Разве? — Он поцелуем стер ее слезы. — Я разучился считать.
118 
