Она одинока.
Мне становится жалко Бонни. Конечно, у нее может быть бурная социальная жизнь вне работы, но я сомневаюсь, что это так. Люк частенько звонит ей по выходным, на его электронные письма она отвечает в течение часа. Люк, конечно, доволен таким положением дел. А вот довольна ли Бонни?
– Я действительно рада, что нам удалось получше узнать друг друга, – тепло говорю я. – Мы замечательная команда. Кстати, я работаю над ситуацией с кондиционерами.
Люк постоянно выстуживает свой кабинет. Немудрено, что Бонни зябнет.
– Спасибо! А я могу сделать для вас что-то еще?
– Надо подумать… Ах да! Вы обратили внимание на гель, которым пользуется Люк? Он просто отвратителен.
– Гель для душа? – Бонни обескуражена. – Я не могу делать замечания…
– А вы просто принюхайтесь. Розмарин и женьшень. Терпеть не могу этот запах, но Люк уверяет, будто эта вонища помогает ему проснуться. Если вы намекнете, что вас запах раздражает, Люк может перестать пользоваться им.
– Бекки, дорогая. Я не могу говорить с ним о таких личных вещах, как гель для душа.
– Можете! Конечно, можете! Поверьте, Люк уважает ваше мнение обо всем. Он не обидится. А этот его голубой галстук с машинками? Скажите ему, что безобразнее тряпки не существует.
– Бекки, в самом деле…
– Ну, Бонни! – Я мило улыбаюсь ей. – Вы должны ненавидеть этот галстук.
– Ну… – Бонни чувствует себя неловко. Конечно, она ненавидит мерзкий галстук, но не решается сказать в открытую.
Тут меня посещает новая идея. Я могу попросить ее повлиять на Люка еще в одном отношении.
– Бонни… вы единственный ребенок в семье? – спрашиваю я.
– Нет, у меня есть брат.
Отлично!
– Если как-нибудь представится случай… не могли бы вы упомянуть о нем и сказать Люку, что для вас очень важно иметь брата? Спросить, хочет ли он еще детей, и добавить, что было бы чудесно, если бы хотел. И что ему надо работать над этим вопросом.
Бонни сидит словно громом пораженная.
– Бекки! Это действительно не мое дело… Я не могу…
– Можете! Мне так хочется второго ребенка, и, я знаю, ему в глубине души – тоже, и он прислушается к вам.
– Но…
– При удобном случае, – повторяю я. – Если об этом зайдет речь. Попросим счет?
Когда мы покидаем ресторан, я порывисто обнимаю Бонни:
– Огромное спасибо вам за все, Бонни. Вы самая лучшая.
Следовало подружиться с Бонни давным-давно. В следующий раз попрошу ее сказать Люку, что мы должны поехать на Маврикий.
– Вовсе нет. И пожалуйста, не волнуйтесь по поводу вечеринки. Я уверена, Люк ничего не подозревает.
– А я нет. – Оглядываю улицу в неожиданном приступе паранойи. – Я говорила вам, что столкнулась с ним после нашего ланча?
Тогда пришлось выдумать, что я ходила делать уколы ботокса, но он мне не поверил и теперь поглядывает на меня так, будто знает: я что-то замышляю… – Я замолкаю, заметив выражение лица Бонни. – В чем дело?
– Теперь мне понятно! – восклицает она и тянет меня на край тротуара. – Бекки, в тот день, когда мы встречались, Люк вернулся в офис и спросил, не открылся ли в нашем районе какой-нибудь магазин дизайнерской одежды. Я предположила, что он проводит исследование. А теперь думаю, он решил, будто вы тайком… – Бонни тактично замолкает.
– Ходила по магазинам? – недоверчиво заканчиваю я. – Он подумал, что я хожу по магазинам?
– Весьма вероятно, а вы так не считаете? Это может послужить хорошим прикрытием. Лучше ботокса.
– Но… но вы не понимаете! Я обещала не делать этого! Мы заключили с Люком соглашение, когда банк прогорел! И я держу слово!
Во мне все кипит от возмущения. Люк подумал, что я нарушила обещание и потому стала вешать ему лапшу на уши? Вот чем объясняются его подозрительные взгляды на мою сумочку?
Мне хочется, печатая шаг, войти в его офис, швырнуть на пол сумочку, точно перчатку, и объявить: «Ребекка Брендон, урожденная Блумвуд, держит свое слово, сэр!» И вызвать его на дуэль.
– Не волнуйтесь, Бекки. – Бонни выглядит обеспокоенной. – Это просто моя догадка…
– Уверена, вы правы. Он думает, что я шлялась по магазинам. Ну хорошо. Пусть думает. – Вздергиваю подбородок. – Я действительно могу использовать это как прикрытие.
В конце-то концов, чем сильнее Люк станет подозревать, что я тайком прогуливаюсь по магазинам, тем меньше у него будет оснований думать, что я тайком организую вечеринку. И если Люк считает, будто я занимаюсь шопингом… значит, он и получит шопинг. Да еще какой!