Двое людей в форме таможенной службы подошли к нам:
— Документы на груз у вас с собой?
— Нет груза, ребята, — ответил я, спрыгивая на землю. — Только почта. Курьерская доставка, как обычно. Посылки в министерство.
— Что в посылках? — спросил старший по званию.
— Мы не знаем.
— А опись?
— Опись есть.
— Показывайте.
Ог отомкнул багажное отделение в днище стреколета, вытащил тяжелую сумку с письмами, передал ее мне, а следом за ней достал несколько коробок и свертков, положил их прямо на землю. Таможенники глянули описание, но не нашли ничего для себя интересного. К длинному продолговатому свертку с министерской печатью, которую мы выпросили у старины Тулла, с лихвой расплатившись за нее тем, что выслушали его нытье и ворчание, они даже не притронулись. Дипломатическую почту таможня потрошила только по очень серьезной причине.
— А в сумке что?
Я показал, и они разочарованно хмыкнули:
— Негусто.
— А чего вы ожидали, ребята? — улыбнулся Ог. — Мы курьеры, а не торговцы.
— Контрабанду возят все.
— Мы честные работяги. — Орк залез в кабину и выудил бутылку круситского рома. — И всегда дружим с таможней. Это вам, за знакомство. Мы к вам будем часто летать в этом месяце.
Они сразу подобрели, взяли подарок и, пожелав удачного вечера, вписали в журнал, что проверку провели, и выдали нам копию с печатью для выхода с территории посадки.
— Легко, словно отобрать конфету у лилипута, — улыбнулся Ог, когда они ушли.
— Конфету Буваллон тебе и так отдаст. А вот попробуй отобрать у него стакан текилы. Я закончу с делом Джулии, — предложил я, снимая летный комбинезон и переодеваясь возле шасси в обычную одежду. — А ты пока оформи письма, посылки, получи расписки. С чиновниками, да еще и вечером, это займет пару часов. Найду тебя в «Кактусе».
— Буду ждать, — махнул он мне на прощанье.
Я сделал небольшой крюк и заглянул в ангар к Патрулю.
— Хочу сообщить о возможном нападении, — сказал я им. — Мы видели звено «Свиней», а до этого шхуну гномов. Кажется, пираты решили пощипать недомерков за бороды.
В небе развелось слишком много разбойников. Если я помогу сократить их число и спасу торговцев — на Павлиньей гряде будет немного спокойнее. Быть может, тогда и Джулии не придется больше столкнуться со шлюпом типа того, который едва не захватил «Бобовое зернышко».
— Шхуна? — переспросил смуглый офицер, поворачиваясь ко мне. — Уж не та ли это, что ушла с пирсов часа три назад? Она ведь перевозит серебро, Лукас?
— Верно, лейтенант, — ответил усатый солдат, вытирая лоб тыльной стороной ладони. — Была такая.
— Сможешь показать, где видел банду и корабль? — Офицер уже достал из летного планшета карту.
Я ткнул в нужные точки, и собравшиеся вокруг меня летуны переглянулись.
— Ночью найти будет нелегко, — вздохнул лейтенант. — Но проверить следует. Готовьтесь к взлету. Спасибо, эльф.
— Удачной охоты, — пожелал я им.
На пропускном пункте, когда охранник заинтересовался посылкой, я показал бумажку с подписью таможенников.
— И что? Все почтовые передачи оставляются вон в том здании, — недовольно сказал тот. — Выносить за территорию их нельзя.
— Так не пойдет, — возразил я ему. — Видишь дипломатическую печать? Это срочная доставка. Быстрее просто не бывает. Она до завтрашнего дня ждать не будет.
— Не положено.
— Тогда пиши мне расписку.
— Какую еще расписку? — опешил человек.
— Свое имя и должность. Когда начальник стражи, который не получит эту штуку завтра, спросит с меня, я отправлю его к тебе. Мне моя работа дорога.
Он засопел и сдался:
— Проваливай, пока я не передумал.
Получилось все как нельзя лучше. Теперь осталось отдать товар и расквитаться с долгами.
Пелелео был городом большим, растянувшимся вдоль южного побережья — более простые районы теснились у океана, среди посадочных полос и пирсов, а богатеи, как и у нас, на Черепашьем, предпочитали глядеть на всех свысока, построив свои дворцы на холмах.
Я старался идти по центральным улицам, где уже зажгли освещение, и не лезть в мрачные подворотни. Мне нужен был бар «Койот», и я спросил дорогу у первого встречного. Пожилой человек в соломенной шляпе показал мне путь, заверив, что добраться до заведения можно минут за двадцать.
Над городом низко-низко пронеслось звено «Развратников», а сразу за ним — еще одно. Патруль отправился в рейд.