... 
57 
И Лана так удачно прошла, пока мы целовались, и не преминула отпустить язвительный комментарий:
– Ой, нельзя ли пройти, весь проход загородили.
Приятно, опять же.
А потом мы танцевали медленные танцы, всю ночь, до утра, пока у Лилли не лопнуло терпение.
– Слушайте, – говорит, – поехали наконец домой, а то смотрите, какой снегопад, улицы занесет, и пока их будут разгребать, утро настанет. Я просто с ног валюсь.
А потом мы целую вечность стояли у моего подъезда, и снег падал и падал, и мы все никак не могли расстаться…
На заднем плане Ларс ворчал, что ему, видите ли, холодно, но даже это не испортило нам вечер.
А самое лучшее – самое-самое прекрасное – то, что мы целовались и мне совсем не было противно! Наоборот, это произошло совершенно естественно. Тина опять оказалась права.
Все, объявляют, что перед посадкой надо пристегнуть ремни и убрать столики, мы подлетаем к Дженовии. У меня есть еще минутка.
Папа сказал, что если я произнесу еще хоть одно слово о Майкле, он уйдет в кабину пилота. Бабушка говорит, что не может нарадоваться тому, как я изменилась к лучшему. Ей кажется, что я даже стала выше ростом. Может быть, может быть. На мне платье от Себастьяно, тоже сшитое специально для меня, прямо как то, которое должно было заставить Майкла взглянуть на меня не только как на подругу своей младшей сестренки… Ах, а ведь так и оказалось! Впрочем, так и оказалось бы в любом случае.
Я не только любовь ощущаю. Во мне появилось еще кое-что. Даже знаю, что. Это самоактуализация. Долгожданная.
Все, садимся.
Да-а, а ведь я и вправду настоящая принцесса.
Запомню эти дни на всю жизнь – счастливее, чем сейчас, я еще никогда не была!
57 
