ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Все по-честному

В моем "случае " дополнительно к верхнему клиенту >>>>>

Все по-честному

Спасибо автору, в моем очень хочется позитива и я его получила,веселый романчик,не лишён юмора, правда конец хотелось... >>>>>

Поцелуй, чтобы вспомнить

Чудный и легкий роман. Даже, немного трогательный >>>>>

Все цвета счастья

Новогодняя сказка >>>>>

Ваша до рассвета

Обязательно читать эту милую сказку >>>>>




  130  

Арабелла отскочила назад и выхватила пистолет. Глаза ее горели презрением.

— Я не такая дурочка, monsieur, чтобы встретиться с убийцей, не имея при себе оружия.

Он взглянул на пистолет и поспешно отступил, выставив перед собой обе руки в знак примирения:

— Я же обещал, что не причиню вам никакого вреда. И почему вы считаете меня убийцей? Я — убийца, madame? Но это же сущая нелепость. Это все ваши детские фантазии — не более, — заметил он смущенно.

— Нет, Жервеэ. Мне известно, что вы явились причиной смерти бедняжки Жозетты. Зачем, спрашивается, ей было скитаться по коридорам Эвишем-Эбби ночью, без свечи? Почему вы убили ее, Жервез? Потому, что я застала ее в спальне, когда она шарила по дубовой панели в поисках тайника? Вы боялись, что она расскажет мне об изумрудах?

Он молчал. Она холодно продолжала, отчеканивая каждое слово:

— А может быть, она грозилась разоблачить вас, monsieur, и рассказать всем, что вы ублюдок, что вы внебрачный сын Магдалены? Сказала она вам, что вы попрали все законы природы и морали, обесчестив Элсбет? Я молю Бога, чтобы Элсбет никогда не узнала, что вы ее сводный брат, — она не перенесет такого позора.

В тусклом свете свечи лицо его побелело как мел, в темных глазах вспыхнули горечь и гнев. Он хрипло промолвил:

— Нет, Элсбет ничего не знает об этом. Я и сам не знал, что я сын Магдалены, пока эта старуха мне не сказала. Если бы не ваше вмешательство, madame, и не козни вашего мужа, я бы уже давно покинул ваш дом, забрав с собой то, что мне принадлежит по праву. А в том, что случилось с Элсбет, нет моей вины. Я приехал сюда только затем, чтобы добыть мое наследство. Мое, слышите вы?

— И что же вы считаете своим, Жервез? Да вы не граф и даже не де Трекасси — вы никто. Вы просто внебрачный сын, ублюдок — ни больше ни меньше. Если изумруды и в самом деле существуют, они являются собственностью Элсбет, а не вашей, поскольку она законная наследница Магдалены. Вам здесь ничего не принадлежит.

Жервез гневно сверкнул глазами, губы его скривились — видно было, что он вне себя от бешенства.

— Где мои изумруды, черт бы вас побрал?

— Понятия не имею. А вам не приходило в голову, что тот скелет в подземной келье — это все, что осталось от вашего батюшки? Я это знаю абсолютно точно: после того как вы услужливо заточили меня в этом каменном мешке, я нашла письмо Магдалены в кармане его панталон. Это правда, Жервез. Его звали Шарль. Это был ваш отец.

Она видела по его глазам, что он все понял. Внезапно он бросился на нее как разъяренный зверь:

— Да будь ты проклята! Твой отец его убил! — Он словно обезумел, и на какое-то мгновение она растерялась. Его пальцы больно сжали ее запястье, она выронила пистолет, и он с глухим стуком упал на пол.

Жервез с силой отшвырнул ее от себя — ей показалось, что он сейчас лишится чувств от душившей его злобы. Арабелла ухватилась за спинку стула, чтобы не упасть, и заметила, что он вытащил свой пистолет из-за пояса, поднял с пола пистолет ее отца и положил его рядом с собой на стол. Руки его тряслись. Но она по-прежнему нисколько не боялась его — только злилась на себя за то, что позволила ему застать себя врасплох. Если бы только ей удалось схватить свой пистолет со стола!

— Итак, моя дорогая Арабелла, — вкрадчиво промолвил Жервез своим веселым голоском так, словно ничего не случилось, — теперь я наконец-то узнаю от вас правду. Поторопитесь, ибо ваш муженек уже, должно быть, близко.

— Я ничем не могу вам помочь, Жервез. Я ничего не знаю об изумрудах де Трекасси.

В выражении его лица произошла зловещая перемена. Темные глаза расширились, и он неприятно усмехнулся, глядя на нее. И ей впервые стало по-настоящему страшно. Тем же беззаботно-веселым тоном он продолжал:

— Должен вам сказать, моя дорогая графиня, что вы очень милы. Возможно, мне придется забрать вас с собой — я буду наслаждаться вашим обществом, пока ваш богатый супруг не выплатит мне причитающуюся компенсацию. Конечно, я предпочел бы изумруды, но, если вы не скажете мне, где они, я не буду на вас в обиде. Вам понравится Брюссель, Арабелла. Вы станете моей любовницей и будете услаждать мои прихоти, пока ваш муж не заплатит за вас выкуп. А может, после этого вы уже и не захотите к нему возвращаться. Ну, так что будем делать?

Она расхохоталась ему в лицо. Откуда взялся этот смех, она не знала, но он был очень кстати. Даже ей самой он показался вполне естественным.

— Да неужели вы думаете, что я соглашусь поехать с вами, что позволю вам изнасиловать себя? А вам не приходило в голову, что мой муж придушит вас голыми руками, если уж я сама не смогла этого сделать? И с чего это вы взяли, что я предпочту вас моему мужу? Нет, я вижу, вы и в самом деле не задумывались об этом. Что ж, ваше счастье. А теперь что касается ваших изумрудов, Жервез. Мне неизвестно, где они находятся. Ага, я вижу, вы медлите, сударь, — вы прекрасно понимаете, что, если попытаетесь вытащить меня отсюда, я буду упираться изо всех сил и осыпать вас проклятиями. Но даже если вам и удастся похитить меня, вы никогда не узнаете от меня ничего, кроме ненависти. При первом же удобном случае я вас прикончу. Не сомневайтесь в этом, Жервез.

  130